Формирование модели экологически устойчивого развития экономики

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Экология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

1. Теоретико-методологические аспекты формирования модели экологически устойчивого развития экономики

1.1 Основные этапы эколого-экономического взаимодействия общества и природы

1.2 Закон сбалансированного природопользования в системе социальных отношений

1.3 Система индикаторов устойчивого развития региона

2. Анализ эколого-экономических и социальных проблем Ростовской области

2.1 Современная социально-экономическая ситуация в регионе

2. 2 Эколого-экономические проблемы и обоснование необходимости их решения программными методами

2.3 Рейтинги экологически устойчивого развития Ростовской области среди регионов ЮФО за 2011 год

3. Совершенствование экономических методов управления природопользованием и охраной окружающей среды в регионе

3.1 Экономические механизмы решения проблем устойчивого развития… 66 3.2 Реструктуризация экономики региона как условие его устойчивого развития

3.3 Пути улучшения экологических факторов влияющих на состояние здоровья населения

Заключение

Список использованной литературы

Приложения

ВВЕДЕНИЕ

Современное понимание производства расширяет область его действия от производства товаров и услуг до «производства» загрязнения и воздействия на окружающую природную среду, в результате чего ухудшается её качество и, следовательно, качество жизни человека. В свою очередь, качество среды обитания приобретает свойство дефицитности, а, следовательно, и выраженный экономический характер, который требует разработки и использования соответствующих экономических механизмов. Речь идет об ориентации экономического роста таким образом, чтобы совмещать последствия воздействия человеческой деятельности на окружающую среду с её безопасностью.

Взаимодействие общества и природы обладает свойством «глокальности» (от англ. glock — колокол: малый удар вызывает распространение звука на большие расстояния), что весьма точно передает ситуацию, возникающую в результате нарушения экологического равновесия. Стало уже очевидным, что хозяйственная деятельность человека ведет не только к повышению уровня благосостояния. На сегодняшнем этапе научно-технического развития и организации производства она сопровождается серьезными экологическими последствиями, которые, в свою очередь, причиняют ущерб народному хозяйству, например, в виде недобора урожая вследствие эрозии почвы или снижения улова рыбы по причине загрязненности водоемов. Общая величина ущерба от всех экологических нарушений составляет десятки миллиардов рублей. Но главное, ухудшение состояния окружающей среды отрицательно сказывается на здоровье населения. Подсчитано, что около сорока процентов экономических потерь обусловлены влиянием социального фактора — это вызванные увеличением заболеваемости дополнительные расходы на лечение, социальное страхование и т. д. Вот почему идея объединения экономических и социальных аспектов экологически устойчивого развития региона является весьма плодотворной, что открывает новые методологические горизонты исследования проблемы рационального природопользования. Таким образом, необходимость реализации стратегии экологически устойчивого социально-эколого-экономического развития обуславливает актуальность темы дипломной работы и целесообразность анализа всей совокупности показателей природохозяйственной, сферы жизни общества.

На протяжении двух последних десятилетий в зарубежной научной литературе отдельные эколого-экономические аспекты анализируются в научных трудах Д. Медоуза, М. Месаровича, Э. Пестеля, Дж. Форрестера и других. Важные теоретико-методологические аспекты эколого-экономической проблематики в последние годы разрабатывались усилиями отечественных ученых: С. Н. Бобылева, А. В. Голубева, В.И. Данилова-Данильяна, Я. Я. Яндыганова и т. д. Проблемы применения экономико-математических моделей при решении экологических задач нашли отражение в работах К. Г. Гофмана, Л. Н. Большова, Н. В. Смирнова, Д. А. Радионова, Р. И. Когана, И. П. Романенко и других. Большой вклад в разработку концептуальных и методологических подходов к исследованию эколого-экономических и социальных проблем устойчивого развития общества внесли Е. К. Ивакин, В. А. Кардаш, А. Г. Кобилев, Ю. С. Колесников, Н. Н. Моисеев, В. Н. Овчинников, Н. В. Пахомова, В. Н. Рагрин, К. К. Рихтер, А. С. Чешев, А. В. Кокин, В. Г. Игнатов и другие.

Однако поиск решения упомянутых проблем начал осуществляться сравнительно недавно, и, бесспорно, достигнутого недостаточно для того, чтобы возможно было с уверенностью говорить о создании целостной научной концепции экологизации экономики государства.

Целью представленной дипломной работы является исследование, разработка путей и методов экологического и социально-экономического механизма повышения эффективности природоохранных мероприятий, направленных на оздоровление микроклимата урбанизированной территории.

Алгоритм достижения поставленной цели предусматривает решение следующих задач:

— раскрытие методологических и теоретических основ исследования проблем взаимодействия современного общества и природы, вызвавших необходимость перехода к модели экологически устойчивого развития экономики;

— определение системы основных индикаторов устойчивого развития региона;

— оценка состояния и уровня социальной, экономической и экологической обстановки в Ростовской области;

-выявление основных проблем устойчивого развития региона;

— анализ структуры и финансирования комплексной целевой программы рационального природопользования;

— выявление путей совершенствования экономических методов управления природопользованием и охраной окружающей среды.

Предметом исследования являются методические подходы к эколого-экономической оценке устойчивости регионального развития.

Объектом исследования является экологический фактор экономической политики в регионе в контексте устойчивого развития.

При разработке проблемы были использованы различные методологические подходы, диалектический метод, эволюционный расчетно-аналитический подход к изучению экономических отношений, а также приемы экономической теории в области рационального природопользования. В процессе эколого-экономических исследований использовались методы микроэкономического моделирования и прогнозирования, а также статистического, экономико-математического, логического и графического анализа.

1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ФОРМИРОВАНИЯ МОДЕЛИ ЭКОЛОГИЧЕСКИ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИКИ

1.1 Основные этапы эколого-экономического развития взаимодействия общества и природы

В развитии взаимоотношений природы и общества наблюдаются определенные закономерности, связанные с уровнем развития производительных сил и степенью их воздействия на окружающую среду. Различным этапам хозяйственной деятельности соответствовали свои принципы природопользования. 32]

Так, до второй половины XX в. критерием эффективности экономики было получение максимума материальных благ (прибыли) при минимальных затратах. Природные ресурсы и экосистемы признавались неистощимыми, а масштаб потребляемых ресурсов относительно их запасов не рассматривался в числе параметров, определяющих экономический рост. Основными факторами, лимитирующими экономическое развитие, считались труд и капитал. Такая модель экономики, превалировавшая в большинстве развитых стран вплоть до 1960--1970-х гг., была названа специалистом в области системного анализа К. Боулдингом «фронтальной экономикой». В основе природопользования в это время лежал так называемый «экономический принцип», когда природа рассматривалась как неограниченный источник используемых человеком ресурсов и «сточная труба» для различных отходов. Природоохранная деятельность носила как бы «благотворительный» характер, отвечающий той роли всемогущего «покорителя природы», которую человек на себя взял. Она ограничивалась созданием отдельных заповедников, охраной некоторых уникальных памятников природы, спорадической заботой об оказавшихся на грани исчезновения видах растений и животных.

Такое развитие природопользования не вызывало опасений вплоть до последних десятилетий, так как относительно низкий уровень развития производительных сил не приводил до времени к глобальным экологическим изменениям. Проблема не стояла остро при небольшой плотности населения и невысоком уровне промышленного производства. Однако XX в. ознаменовался быстрым ростом населения (его численность на Земле за столетие увеличилась в 3 раза) и потребления материальных и энергетических ресурсов. Масштабы производства в мире увеличились в 20 раз. Техногенные воздействия на окружающую среду по своим масштабам стали сопоставимыми со многими природными процессами, деятельность человека привела к существенным нарушениям круговорота веществ и обменных энергетических процессов в биосфере.

Резкое ухудшение качества окружающей среды и рост в связи с этим экономических издержек привели к появлению концепции охраны природы, сменившей концепцию ее покорения, господствовавшую в период «фронтальной экономики». Ведущим принципом природопользования в развитых странах становится эколого-экономический, согласно которому критерием эффективности хозяйственной деятельности является получение максимальных экономических результатов при минимальных затратах и минимальных нарушениях природной среды.

Однако при реализации данного принципа экономические интересы остаются все же на первом плане, так как понятие «минимальное» нарушение природной среды неконкретно и подвержено произвольному толкованию зачастую в угоду получению сиюминутной экономической выгоды. Тем не менее, его внедрение в жизнь в определенной степени затормозило процесс прогрессирующего разрушения природной среды. Нарастание угрозы побудило власти более ста стран к созданию государственных органов управления природоохранной деятельностью и собственно природопользованием. Быстрое развитие получила законодательная деятельность, связанная с принятием законов и других правовых актов, регламентирующих нормы, процедуры природопользования, декларирующие природоохранные принципы. В соответствии с этим произошли существенные изменения в промышленном производстве, нацеленные на ослабление антропогенного воздействия на экосистемы. Повышение роли интенсивных факторов экономического роста сопровождалось перестройкой отраслевой структуры хозяйства, направленной на снижение удельного веса наиболее ресурсо — и энергоемких отраслей. Например, в промышленности США на долю структурных сдвигов пришлось более 50% эффекта энергосбережения. Знамением нового времени стало совершенствование технических характеристик продукции путем миниатюризации изделий, оснащение производств микропроцессорной техникой, электронизация продукции, замена привычных конструкционных материалов более легкими и износостойкими, общее снижение металло- и материалоемкости производства. Высокая стоимость природовосстановительных работ вызвала повышенный спрос на безотходные, малоотходные, ресурсосберегающие технологии, основанные на эффективных методах переработки сырья.

В мировой экономике произошли также качественные сдвиги в соотношении между отраслями, производящими средства производства и производящими предметы потребления, в сторону увеличения удельного веса последних. Основным регулятором этого процесса является потребительский спрос, стимулирующий процесс технического обновления и увеличения номенклатуры товаров личного потребления нового поколения: новые типы компактных и экономичных автомобилей, аудио- и видеотехники, персональные компьютеры, модернизированные средства связи и т. п.

Таким образом, в современных условиях объем, состав, социальная ориентация и качественные характеристики конечной продукции, в том числе ее ресурсоемкость и экологичность, являются одним из критериев цивилизованности общества и качества жизни.

Вместе с тем концепция охраны природы позволила ведущим странам добиться лишь определенной экологической стабилизации, а не коренного улучшения состояния окружающей среды, поскольку реализуемый в рамках этой концепции эколого-экономический принцип природопользования предполагает определенную степень учета закономерностей функционирования природных систем при развитии экономики. Но во главе угла по-прежнему находятся рост экономики, максимальное наращивание производства, широкое использование достижений научно-технического прогресса с целью более полного удовлетворения потребностей людей. Природоохранные затраты представляются как нечто, лимитирующее экономический рост, природоохранная деятельность так и не стала органической частью природопользования, а как бы «плетется в его хвосте» и постоянно отстает от темпов социально-экономического развития общества. Однако учет экологического фактора уже признается необходимым, хотя и сдерживающим экономическое развитие. Так же, как концепция покорения природы доминировавшая при «фронтальной экономике», концепций охраны природы основывается на антропоцентрическом подходе, когда природоохранная деятельность рассматривается как неизбежная потому, что деградация окружающей среды вредит человеку и препятствует экономическому развитию.

Реализация в 1960--1980-х гг. эколого-экономического принципа природопользования дала ряд положительных результатов: способствовала утверждению в общественном сознании нового природоохранного мышления, разработке и частичному внедрению новых, экологичных технологий, расширению природно-заповедного фонда. Однако продолжение интенсивного экономического развития, вовлечение в сферу природопользования новых элементов природы и нарастание антропогенного воздействия на природную среду препятствует коренному перелому в решении проблемы взаимодействия природы и общества. Пока во всем мире разрыв между разрушением и восстановлением природной среды, несмотря на прилагаемые усилия, существенно не сокращается.

В развитых странах в 1980-е гг. расходы на охрану окружающей среды составляли 1--2%, а ущерб от ее загрязнения -- 3--5% валового национального продукта, причем наблюдался рост ущерба в абсолютном и относительном выражении. Анализ нынешнего состояния природоохранной деятельности свидетельствует о том, что при сохранении сложившейся тенденции социально-экономического развития нормализация экологической обстановки в ближайшей перспективе нереальна. Настало время перейти от «оборонительных» природоохранных действий, направленных в основном на борьбу с последствиями нерациональной хозяйственной деятельности, к упреждающим действиям -- созданию системы рационального природопользования, исключающей саму возможность возникновения конфликтных ситуаций между обществом и природой. Природопользование должно базироваться на новом социо-экологическом принципе, согласно которому максимальный экономический эффект достигался бы при сохранении динамического равновесия экосистем и их составляющих. Реализация этого принципа позволяет перейти от пассивной защиты природы к активному рациональному природопользованию, предусматривающему и охрану природы, и рациональное использование природных ресурсов, и оптимизацию жизненной среды обитания человека.

Во второй половине 1980-х гг. на смену концепции охраны природы приходит концепция общественного развития в границах заданной нагрузки на природные системы, т. е. с учетом экологических ограничений. Значительное влияние на формирование данной концепции оказал доклад Международной комиссии по окружающей среде и развитию (МКОСР) «Наше общее будущее» (1987), подготовленный, но заданию ООН Комиссией под председательством Г. Х. Брундтланд. В докладе были предложены долгосрочные стратегии в области охраны окружающей среды, которые позволили бы обеспечить устойчивое развитие мировой экономики на длительный период, рассмотрены способы и средства решения проблем природопользования.

Основой формирования нового типа эколого-экономического взаимодействия, как подчеркнуто в выводах доклада, должно стать устойчивое развитие, т. е. такое, которое удовлетворяет потребности настоящего времени, но не ставит под угрозу удовлетворение потребностей будущих поколений. Задачи экономического и социального развития должны быть определены с учетом соответствия экологическому императиву во всех странах -- развитых и развивающихся, странах с рыночной или другими видами экономики.

Важнейшим в понятии устойчивого развития является проблема учета долгосрочных экологических последствий принимаемых сегодня экономических решений. Главный акцент перенесен с мероприятий по ликвидации последствий загрязнения окружающей среды на поиск путей по их предотвращению. Создаваемая концепция природопользования исходит из концепции экономического роста на основе ресурсосбережения. Необходимо сведение к минимуму экологических последствий для последующих поколений, нельзя растрачивать природное богатство только для себя. Проблема экологических ограничений, компромисса между настоящим и будущим потреблением стала основой при разработке социально-экономической стратегии развития на длительную перспективу для любого государства.

К сожалению, современная экономика, даже в ее «процветающем» либеральном рыночном варианте не решила пока ни социальных, ни экологических проблем современной цивилизации.

Долгосрочный учет экологических ограничений имеет только социальное значение. Экономические проекты, осуществляемые с учетом последствий для природной среды, как показывает практика, оказываются в перспективе экономически эффективными и, наоборот, малоэффективными в том случае, когда осуществляются с целью получения сиюминутной выгоды без учета долгосрочных экологических последствий.

Рисунок 1. 1- Стадии и принципы эколого-экономического развития региона.

/

Таким образом, в соответствии с изложенными выше концепциями, любое государство в целом и его регионы в частности, как правило, проходит три стадии эколого-экономического развития (рисунок 1. 1):

1. «фронтальной экономики»;

2. экономического развития с учетом охраны природы;

3. устойчивого развития с учетом экологических ограничений.

Каждой стадии соответствует определенный принцип природопользования:

· экономический;

· эколого-экономический;

· социоэкологический.

1.2 Закон сбалансированного природопользования в системе социальных отношений

Социоэкологический принцип природопользования необходимое условие устойчивого развития региона и он требует сбалансированного развития экономики и природоохранных мероприятий. Закон сбалансированного природопользования впервые был сформулирован Игнатовым В.Г.и Кокиным А. В. [8] Основное содержание закона сводится к следующему. В условиях перехода к устойчивому развитию темпы экономического роста должны быть сбалансированы с темпами воспроизводства природных ресурсов и темпами воспроизводства качества среды в рамках ассимиляционного потенциала природы. В случае не воспроизводимых ресурсов должны соблюдаться условия отчислений средств на замену расходуемых другими ресурсами, с новыми свойствами, удовлетворяющими требованиям совершенствующихся технологий. Поясню сущность закона, обратившись к рисунку 1.2 [37].

Рисунок 1.2 — Сбалансированное природопользование в условиях устойчивого развития.

Человек использует природные ресурсы для удовлетворения своих потребностей. Это определяет его уровень жизни. Чем выше темпы потребляемых природных ресурсов, тем больше производится продукции, тем, в социальном и экономическом отношении, становится выше уровень жизни человеческого общества. Однако переработка и потребление природных ресурсов происходит в окружающей среде. В неё сбрасываются отходы, энергия. Следствием этого является возрастание темпов давления на окружающую среду в условиях непрерывного роста потребления природных ресурсов и за счет роста численности населения. При достижении таких темпов формирования отходов (за счет все возрастающих темпов изъятия природных ресурсов и «грязных» технологий), когда ассимиляционная функция природы не справляется с воспроизводством ресурсов и качества среды (не вписывается в темпы экономического роста в силу своей инерционности), возникает необходимость поддержания этого качества путем дополнительных затрат на его воспроизводство за счет снижения уровня жизни населения, поскольку изъятые на природоохранные цели платежи могли пойти на удовлетворение потребностей незащищенных в экономическом отношении социальных групп. Круг замыкается. Дальнейший рост потребления природных ресурсов бессмыслен. Возникает несколько сценариев выбора[8].

Первый. Можно снижать темпы потребления природных ресурсов, снижая при этом темпы производства отходов при сохранении «грязных» производств до уровня, когда природа будет справляться с отходами сама (вписаться темпами экономического роста в темпы ассимиляционного потенциала природы) и за счет круговорота вещества обеспечивать «выносимое» качество среды, необходимое для существования человека. Но тогда нам необходимо «забыть» о развитии, а тем более устойчивом.

Второй. Оставляя постоянными во времени (даже небольшие) темпы потребления природных ресурсов, можно снижать отходы и выбросы за счет улучшения технологий производства. В этом случае можно рассчитывать на ограниченный во времени потенциал экономического роста, поскольку опять возникает проблема нехватки природных ресурсов в будущем.

Третий. Достижение соответствия темпов экономического роста с темпами воспроизводства ресурсов (или их замены на новые) и качества окружающей среды. Создается мнимый баланс, который содержит ряд неопределенностей. Первая из них, какими должны быть предельные темпы экономического роста? Вторая — с какого состояния природной системы (природных комплексов) нужно начинать реализацию сценария сбалансированного развития? Не совсем ясна роль действующего механизма ассимиляционного потенциала природы в состоянии и динамики качества среды и природных ресурсов.

Четвертый сценарий заключает в себе достижение соответствия темпов экономического роста с темпами воспроизводства ресурсов (или их замены на новые) и качества окружающей среды в рамках ассимиляционного потенциала природы. Это тот единственный сценарий, которой удовлетворяет модели устойчивого развития. Но сложность заключается в том, как оценить величину ассимиляционного потенциала конкретного региона?

Весьма показательно, что в структуре закона сбалансированного природопользования природная рента, состоящая из ресурсной, ассимиляционной и экологической рент сбалансированы. Полная же экономическая эффективность может быть достигнута только в случае учета затрат на воспроизводство природных ресурсов и качества окружающей среды. При этом достигается коэволюция природы и человека в рамках соблюдения экологического права, как сбалансированных составных частей природоресурсного и экологического права. Здесь эффектно сочетается суть естественных законов синергизма ресурсов, среды, ассимиляционного потенциала и общественных (социальных)интересов и законов, регулирующих потребление и воспроизводство природных ресурсов и среды обитания. Таким образом, самоорганизующаяся сущность природы и общества объединены для достижения одной и той же цели коэволюции человека и природы.

Формула закона [9] сбалансированного природопользования предполагает равенство:

ТЭР = (ТВПР + ТВКС) * АПР, (1)

где ТЭР — темпы экономического роста;

ТВПР — темпы воспроизводства природных ресурсов,

ТВКС — темпы воспроизводства качества среды,

АПР — ассимиляционный потенциал природы, величина которого всегда меньше 1,0 в условиях существующего давления на окружающую среду. В естественных, не нарушенных, средах АПР равен 1. Таким образом, опираясь на равенство (1), темпы экономического развития в рамках сохранения естественного ассимиляционного потенциала природы могут быть не более 0,5% в год. Только тогда среда и природные ресурсы будут восстанавливаться за счет ассимиляционного потенциала природы. Это возможно либо только при безотходном производстве с применением совершеннейших технологий, либо только в условиях собирательства. В противном случае отходы будут накапливаться во времени, а ресурсы истощаться.

Инерционность ассимиляционного потенциала природы слишком велика, а скорость мала по возврату систем из разбалансированного в сбалансированное состояние, и природе требуется громадное количество времени, чтобы сохранить и сбалансировать в своём лоне естественный круговорот вещества. Это и есть инерционная сущность природы. Как показала история развития человека и общества, последние не могли подчиниться эволюции под влиянием медленного изменения среды. Человек, как социальная система стал вызовом природе, начав стремительное развитие, и платой за это развитие было изменение не только качества среды, но и постепенное утрачивание механизма ассимиляционного потенциала природы, как механизма, способного адекватно реагировать на изменение свойств системы в части воспроизводства ресурсов и среды обитания человека. Это, однако, не означает, что этот механизм сегодня полностью утрачен. Просто для возврата природы в исходное (до технологическое) состояние ей понадобиться времени значительно больше, чем потратил на свое стремительное развитие человек, используя энергетический потенциал самой природы. Например, если соотнести усредненные темпы экономического развития человечества в 1,5% в год от Эпохи возрождения по настоящее время, то для восстановления функции исходного ассимиляционного потенциала природы потребуется отрезок времени в 1500 лет! Это не означает, что могут восстановиться утраченные биотопы, биоценозы и экосистемы. «В одну и ту же воду нельзя войти дважды!». Речь идет о восстановление самого механизма ассимиляционной функции природы, как регулятора баланса процессов круговорота вещества и энергии в природе.

Напомню, что из равенства (1) при ТЭР равном 1% в год, и (ТВПР плюс ТВКС) равном 2%, должно следовать, что АПР в этом случае должен быть равным 0,5. Это означает, что при значении АПР равном 50%, ТВПР и ТВКС могут быть какими угодно, лишь бы соблюдались условия сохранения темпов воспроизводства природных ресурсов и качества окружающей среды. При этом во времени ассимиляционный потенциал природы будет, хотя и медленно (в силу своей инерционности), но восстанавливаться.

Для оценки зависимости АПР, ТЭР и ТВПР+ТВКС рассчитана номограмма (рисунок 1. 3), из которой для разных значений АПР и ТЭР показана величина (ТВПР+ТВКС) и составлен соответствующий график (рисунок 1. 4), иллюстрирующий экспоненциальную зависимость роста ТВПР+ТВКС от величины ТЭР при заданном ассимиляционном потенциале.

Удобнее всего вести расчет относительно темпов экономического роста валового регионального продукта (ВРП). Если темпы экономического роста определяются темпами прироста ВРП в денежном исчислении, то ТВПР и ТВКС измеряются относительным % отчисления этих средств от достигнутых показателей субъектом РФ.

Из номограммы и графика ТЭР и ТВПР+ТВКС [37] следует, например, что, если речь идет о темпах отчисления средств на воспроизводство природных ресурсов и качества окружающей среды, то при АПР = 0,2 и темпах экономического роста 9%, 45% стоимости ВРП должно быть направлено для того, чтобы поддержать ассимиляционный потенциал природы на достигнутом низком уровне. А при АПР = 0,1 и ТЭР = 10% все 100% ВРП должны быть использованы на достижение целей сохранения природных ресурсов и качества окружающей природной среды. Экономика — ради сохранения природы вопреки социальным интересам.

Рисунок 1. 3- Номограмма зависимости АПР, ТЭР и ТВПР+ТВКС

Рисунок 1. 4- График зависимости ТЭР от ТВПР+ТВКС

Таким образом, для выбора темпов экономического развития важно знать значение АПР. Расчет его величины включает анализ громадной совокупности совместно действующих параметров различных факторов для конкретной географо-экономической зоны. Это возможно достичь только с позиции синергизма [15]. Тем не менее, очевидно, что ассимиляционный потенциал атмосферы восстанавливается быстрее, чем гидросферы, а последней — быстрее, чем литосферы за счет обменных процессов круговорота вещества. Медленнее восстанавливается структура и функции биотопов, биоценозов и экосистем при условии, что процессы замедления их функций под влиянием хозяйственной деятельности человека не превысили порога способности к воспроизводству. Практически не могут быть восстановлены утраченные ландшафты с присущими им биотопами, биоценозами, экосистемами. На смену им в новой структурно-морфологической и экологической нише будут развиваться новые биотопы, биоценозы и экосистемы устойчивые в новых средах и не развивавшиеся в прежних условиях. Таким образом, человек своей хозяйственной деятельностью меняет структуру отношений между элементами природной среды, структуру обмена веществом, энергией и информацией, но не влияет на скорость протекания обменных процессов в окружающей среде. Феномен хозяйственной деятельности человека заключается в том, что, меняя структуру протекания обменных процессов, он быстропротекающие обменные реакции заменяет медленно протекающими. Например, быстрое уничтожение почвенного покрова путем несбалансированного земледелия приводит к преобладанию медленных процессов воспроизводства почвы. Расточительному и быстрому использованию природных ресурсов человеком на смену приходят медленные естественные процессы их воспроизводства (в случае воспроизводимых ресурсов) и т. д.

Ясно и другое, что развитие экономики в малоосвоенных районах, где АПР близок к 1,0 — нецелесообразно, поскольку в будущем все равно придется восстанавливать ассимиляционный потенциал природы, воспроизводя ресурсы и качество среды до уровня саморегуляции. В то время, как в трансформированной человеком среде, где ассимиляционный потенциал еще достаточно высок, возможно развитие экономики через применение модели устойчивого развития в рамках следования закону сбалансированного природопользования.

Постепенно во времени, при условии соблюдения закона сбалансированного природопользования, ассимиляционный потенциал (в силу инерционной сущности природы) будет стремиться к своему максимальному значению, то есть к 1,0. Однако никогда не может достигнуть этого порога в силу трансформированного характера ландшафтов, биотопов, биоценозов и экосистем в целом под влиянием хозяйственной деятельности человека. Тем не менее, он будет отвечать уровню воспроизводства того качества среды, которое будет удовлетворять условиям неограниченно долгого развития человека, вплоть до создания им искусственных биосфер в пределах Солнечной системы.

Из закона сбалансированного природопользования вытекает первое важное следствие. При вовлечении объектов природопользования в хозяйственное освоение темпы экономического роста не могут быть какими угодно. Они обязаны носить компенсационный характер. Любое увеличение темпов экономического роста провоцирует громадные отчисления на воспроизводство ресурсов и качества среды, что равносильно отчислению средств из социальных статей в условиях нарушенных естественных экосистем, то есть в условиях низкого значения ассимиляционного потенциала природы хозяйствующего субъекта. Для того чтобы подчеркнуть важность этого вывода необходимо обратиться к примеру.

В Ростовской области в 2011 г темпы экономического роста ВРП по отношению к 2010 г составили 6,3% [36]. Следовательно, в рамках закона сбалансированного природопользования при АПР = 0,43 суммарные отчисления на воспроизводство природных ресурсов и природоохранных мероприятий в бюджете должны составлять около 14% от полученного дохода. На самом деле (Приложение А) общая природная рента в доходной части бюджета Ростовской области достигает всего 0,36%. Нет денег не только на восстановление ассимиляционного потенциала, но и для устойчивого социально-экономического развития.

При этом доля рентных платежей должна как минимум превышать будущие затраты на воспроизводство природы, а не быть меньшей. Для того чтобы оправдать темпы экономического роста потребуется либо увеличить рентные платежи в регионе, либо хотя бы на половину их уравнять доходами от производства путем активизации экономики региона. Возможен и третий, наиболее приемлемый вариант: пропорционально снижению темпов экономического роста увеличить рентные платежи и активизировать экономику региона.

Возможно возражение против такой интерпретации анализа результатов социально-экономического состояния области. А именно в той части, что полученный прирост ВРП в 2011 г не является следствием интенсивности использования природных ресурсов, а следствием других причин, связанных с повышением уровня собираемости нерентных налогов. Отчасти так оно в действительности и есть. Однако по данным природоохранной региональной службы в эти годы не снизился адекватно состоянию деятельности предприятий топливной энергетики, транспорта и т. д. уровень давления на окружающую среду. Это заставляет ставить под сомнение эффективность влияние власти на социально-экономическую, ресурсную и экологическую ситуацию в регионе.

Первое следствие закона сбалансированного природопользования имеет под собой важную социально-экономическую сущность. А именно, высокий уровень нерентных доходов в бюджете не только понижает социальную защищенность населения за счет малой величины самого бюджета, но и представляет дополнительную финансовую подпитку тем, кто получает рентные доходы от природопользования: недропользования, водопользования, землепользования, лесопользования, использования биотических (в т.ч. рыбных) ресурсов. Ведь это смешно, что за пользование объектами животного мира и водными биологическими ресурсами Ростовская область в бюджет получает всего 0,14% величины ВРП, имея уникальную часть бассейна Азовского моря. Причина столь низкого пополнения бюджета не кроется только в истощении рыбных запасов, хотя здесь проблемы в этом есть. Причина в другом, не перекрыты каналы браконьерства и других негативных явлений, которые приводят к уходу от налогообложения лиц, торгующих незаконным выловом рыбы. Ростовский и таганрогский рыбные рынки не пустуют. Цимлянская рыбопродукция широко известна не только в России. Но контролирующая система, препятствующая оттоку биотической ренты, не в силах перекрыть каналы ухода её громадной части в силу своей многоуровенности и дублирования.

Второе следствие этого закона состоит в том, что основными показателями устойчивого развития становятся: состояние природных ресурсов и качества среды при сохранении темпов социально-экономического развития. Уровень социально-экономической защищенности населения региона в условиях перехода к устойчивому развитию на основе сбалансированного природопользования не может измеряться только темпами экономического роста, поскольку компенсационный характер платежей предусматривает возврат их на нужды природоресурсного и природоохранного регулирования. Поэтому повышение коэффициента ассимиляционного потенциала природы за счет комплексных мер по сохранению природных ресурсов и качества окружающей среды — один из важнейших путей повышения уровня жизни населения за счет ассимиляционной ренты.

Третье следствие заключается в экономическом обосновании предельных отчислений на воспроизводство ресурсов и качества среды.

Важнейшей составляющей доходной части бюджета, улучшающей социальное положение населения, является обложение рентных доходов, декларированных законодательной и исполнительной властью РФ. Посему важной статьёй дохода бюджета должна стать экологическая и ассимиляционная ренты. Эти резервы возможностей пополнения бюджета не одни. Уникальное экономико-географическое положение Ростовской области, исторические особенности становления культуры народов Приазовья и Северного Кавказа, открывают широкие перспективы использования территории для развития туризма, баз отдыха на юге области, в районе Цимлянского водохранилища и в бассейне Дона.

Сегодня платежи за пользование природными ресурсами составляют только около половины тех платежей, которые необходимы для воспроизводства того, что мы используем не эффективно. В социальном же аспекте обоснование предельных отчислений на воспроизводство природных ресурсов и качества среды в рамках закона сбалансированного природопользования открывает возможность контроля расходования средств в бюджете на те цели, на которые они предусмотрены. Зная темпы экономического роста, любой гражданин, не прибегая к сложным экономическим расчетам, может всегда оценить долю, которая должна принадлежать ему и его потомкам. Это основа существования будущих поколений, а не нас. Считать себя ограбленными будущим — это высшая ошибка затратного подхода к экономике природопользования.

Четвертое следствие состоит в том, что экономическая эффективность природопользования должна быть сбалансирована затратами на воспроизводство ресурсов и качества среды [37]. Другими словами, экономическая эффективность не может быть получена за счет деградации природных ресурсов и качества окружающей среды. Рисунок 1.5 показывает обоснование экономической эффективности природопользования, основанной на сбалансированности затрат на воспроизводство природных ресурсов и качества природной среды.

Рисунок 1.5 — Схема экономической эффективности природопользования.

При нулевых темпах экономического роста (стагнация производства) отчисления на воспроизводство природных ресурсов и качества среды нулевые. Во всех остальных случаях экономическая эффективность представляет собой совокупный результат эффективного использования природных ресурсов, природоохранных мероприятий, ассимиляционного потенциала природы [9]:

Эобщ = Эрес + Эопс + Эапр, (2)

Где: Эобщ — общая экономическая эффективность;

Эрес — эффективность, полученная от использования природных ресурсов;

Эопс — эффективность природоохранных мероприятий;

Эапр — эффективность мероприятий, направленных на воспроизводство ассимиляционного потенциала природы региона.

Фундаментом приращения экономической эффективности от природопользования таких аграрных регионов, как Ростовская область и всего Южного федерального округа, является включение механизма формирования рентных доходов за счет повышения цены через ставку земельного налога, через оборот земель на основе форсирования принятия соответствующего закона в Государственной Думе. Однако это не завершает процесс реформирования экономики землепользования. Необходим следующий шаг — создание земельных банков, которые могли бы кредитовать арендаторов для обработки земель сельскохозяйственного назначения со всеми вытекающими последствиями залога земель под кредиты.

Общественно-значимый экономический эффект природопользования состоит в поддержании ассимиляционного потенциала природы. В этом смысле ассимиляционный потенциал представляет собой способность природы воспроизводить ресурсы и качество среды (речь идет только о воспроизводимых ресурсах) на уровне их востребованности человеком в рамках круговорота вещества и соблюдения законов сохранения природы, качества среды на уровне, необходимом его неограниченно долгому существованию во времени.

В условиях использования природных ресурсов непрерывного расходования (не воспроизводимых), для поддержания условий устойчивого развития необходимо создание заблаговременных фондов (ресурсных, энергетических, технологических и т. д.) для перехода на новые виды ресурсов.

В этом смысле ассимиляционный потенциал природы имеет двойственную природу: ресурсную и средообразующую. Физический смысл этого феномена заключается в том, что природе необходимо время (в силу своей большой инерционности) для воспроизводства ресурсов и среды обитания в рамках конкретного экономического района, территории (площади) со всей совокупностью воспроизводства биотопов, биоценозов и экосистем (биотического и генетического биоразнообразия). В этом смысле понятие экономической эффективности и платности в сбалансированном природопользовании должны обеспечивать реальное воспроизводство природы в рамках её биотического разнообразия и сохранения генофонда конкретной территории.

Таким образом, национальное богатство региона есть достижение таких темпов экономического роста и уровня жизни, когда они должны соответствовать темпам восстановления окружающей среды в рамках её ассимиляционного потенциала, темпов воспроизводства природных ресурсов (замены на новые с новыми свойствами), совершенствования ресурсосберегающих технологий и обеспечения условий коэволюции человека и природы. А это и есть искомая цель устойчивого развития.

Проблема выживания, возникшая как результат превышения давления человека на природу, является следствием его хозяйственной (а точнее бесхозяйственной по отношению к ресурсам и окружающей природной среде) деятельности, не сбалансированной с ассимиляционной функцией самой природы. В условиях вначале сбалансированного, а затем и адаптивного природопользования человек обязан эффективно использовать саморегулирующий механизм природы[30]. Только в этом случае он будет развиваться. То есть, в рамках науки синергетики потенциал своего развития общество обязано искать в энергетическом потенциале Природы. Рисунок 1.6 ииллюстрирует отношения в системе природа — человек — общество[37].

Рисунок 1.6 — Отношения в системе природа — человек — общество.

Закон сбалансированного природопользования и как высшая его форма — адаптивное природопользование, достигаются не только на макроэкономическом, но и микроэкономическом уровне. Реализация возможностей последнего лежит в плоскости перехода предприятий к устойчивому развитию в рамках экологизации производства [15], повышения образованности населения, природоресурсной и природоохранной служб в системе переподготовки руководящих кадров системы государственного и муниципального управления. Различные точки зрения на систему управления природопользованием стимулируют разработку критериев в условиях допустимого развития экономики в рамках ее экологизации [9]. Именно это направление является эффективным, поскольку открывает путь неограниченного во времени технологического и научно-технического совершенствования в системе отношений природа — человек — общество. Поскольку основной экономический потенциал формируется в регионах, то эти отношения чрезвычайно важно осмыслить на региональном уровне.

Однако осознание факта инерционности природных экосистем, предельной временной возможности ассимиляционной функции природы заставляет искать новые механизмы управления экологизацией экономики через сущность природной ренты. В условиях развитых рыночных отношений налоговый прессинг должен повышаться не на результат хозяйственной деятельности (прибыль) а, в первую очередь, на ресурсную ренту. Снижение давления на окружающую природную среду должно осуществляться не путем сокращения производства (что чревато социально-экономическими издержками развития), а путем совершенства его технологизации в рамках стремления к безотходному (чистому) производству. Это постепенно создаст условия для восстановления ассимиляционной функции природы до необходимого безопасного уровня развития в ней человека. И только после, в отдаленной перспективе ноосферного развития, когда будет достигнуто превосходство нравственного экогуманизма по отношению к себе и природе, возможен переход к адаптивному природопользованию [30].

1.3 Система индикаторов устойчивого развития региона

Необходимость инструментальной оценки происходящих процессов, дать им ретроспективный анализ и попытаться заглянуть в будущее требуют формирования соответствующих индикаторов и количественных показателей. Эти тенденции ярко проявили себя в развитии концепции устойчивого развития. Индикаторы устойчивого развития должны служить для различных структур власти, лиц, принимающих решения, широкой общественности своеобразным барометром экологического состояния мира, стран и регионов, происходящих в них процессов и тенденций развития. После конференции ООН в Рио-де-Жанейро (1992) стали очень быстро разрабатываться отдельные индикаторы и их системы для попытки оценить саму устойчивость, устойчивым или «антиустойчивым» путем идет человечество и отдельные страны.

Первой наиболее комплексной разработкой в этой сфере стала система индикаторов устойчивого развития, предложенная Комиссией по устойчивому развитию ООН уже более 10 лет назад (1996). Сейчас официальные системы индикаторов устойчивого развития имеют фактически все крупнейшие международные организации (ООН, Всемирный Банк, Организация экономического сотрудничества и развития, Европейское сообщество и др.) и развитые страны.

Индикаторные подходы, связанные, прежде всего, с экономической и социальной сферами, не обошли и нашу страну. Особенно активизировалась деятельность в этой сфере в последние 3−4 года. В 2007 г. в целях реализации Указа Президента России от 28 июня 2007 года «Об оценке эффективности деятельности органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации», а также норм закона о разграничении полномочий между федеральной и региональной уровнями власти была разработана система показателей эффективности деятельности органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации. Данная система включает в себя 43 основных и 39 дополнительных индикаторов по основным сферам, характеризующим уровень социально-экономического развития региона (экономический рост, доходы населения, безопасность условий жизни, здоровье, образование, культура, физическая культура и спорт, жилищно-коммунальное хозяйство, доступность и качество жилья, государственное и муниципальное управление).

В последнее время в мире все чаще, наряду с системами, содержащими достаточно много показателей, разрабатываются «сжатые» системы индикаторов. Для лиц, принимающих решения и нуждающихся лишь в самой приоритетной информации по устойчивому развитию и охране окружающей среды, рекомендуется сокращенный список так называемых ключевых (или базовых) индикаторов устойчивого развития, отражающих важные экологические проблемы. Так, Комиссия по устойчивому развитию ООН сократила более чем в 2 раза число первоначально предлагаемых свыше 130 показателей. В рамках проекта Всемирного Банка и Минэкономразвития по разработке систем индикаторов устойчивого развития для России была предложена достаточно «сжатая» система ключевых индикаторов, которая может стать основой для макроэкономических правительственных программ [26]. Было предложено семь приоритетных ключевых индикаторов и их модификаций, построенных по структуре «проблемы-индикаторы» (Таблица 1. 1).

Таблица 1.1 — Приоритетные базовые эколого-экономические индикаторы устойчивого развития региона.

Проблемы

Индикаторы

Потребление природных ресурсов

Структура экономики

Технологический уровень

1. Энергоемкость

Аварии и катастрофы

Экологический ущерб

Обновление основного капитала

Технологический уровень

2. Коэффициент обновления основных фондов

Загрязнение окружающей среды

Здоровье населения

Технологический уровень

3(а). Выбросы загрязняющих веществ в воздух на единицу ВВП

3(б). Выброс твердых веществ от стационарных источников

4. Сброс загрязняющих веществ в воду на единицу ВВП

Отходы

Технологический уровень

5. Количество неиспользованных и необезвреженных токсичных отходов

Сохранение экосистемных функций и биоразнообразия

6(а). Площади особо охраняемых природных территорий

6(б). Ненарушенная хозяйственной деятельностью территория (оценка)

Глобальное изменение климата (рынок квот на выбросы парниковых газов)

7. Выбросы парниковых газов

Ключевые индикаторы являются очень полезными с точки зрения информирования населения о базисных вопросах устойчивости. Это помогает общественности понять, что такое устойчивость и почему она важна, а также оценить темпы движения региона/страны по пути устойчивого развития. Опыт показывает, что ключевые индикаторы часто пользуются популярностью среди населения в тех случаях, когда они отображают вопросы, которые волнуют каждого. Их использование для отражения деятельности в области устойчивого развития позволит повысить доверие населения к органам власти и будет способствовать расширению общественного участия.

Второй подход к построению индикаторов устойчивого развития предполагает разработку агрегированного (интегрального) индикатора. Наличие агрегированного индикатора на региональном уровне, выраженного количественно, является идеальным для лиц, принимающих решения, с точки зрения учета фактора устойчивости в развитии региона. По одному такому показателю можно было бы судить о степени устойчивости территории, экологичности траектории ее развития. То есть этот показатель может быть своеобразным аналогом ВВП, национального дохода, по которым сейчас часто измеряют успешность экономического развития, экономическое благосостояние. Если подобный агрегированный индикатор растет, то имеют место процессы устойчивого развития, если он уменьшается (или он отрицательный), то налицо «неустойчивость» процесса. Однако, в силу методологических и статистических проблем, сложностей расчета общепризнанного в мире интегрального индикатора еще нет.

В российских региональных проектах, связанных с разработкой индикаторов устойчивого развития, были использованы следующие агрегированные показатели устойчивости в качестве отдельных индикаторов [26]: истинные сбережения, индекс развития человеческого потенциала, природный капитал.

Истинные сбережения -- это реальная скорость накопления национальных сбережений после надлежащего учета инвестиций в увеличение человеческого капитала, истощения природных ресурсов и ущерба от загрязнения окружающей среды. Этот индикатор предложен и рассчитывается Всемирным Банком для всех стран мира. Он является результатом коррекции валовых внутренних сбережений, т. е. валового накопления. По сравнению с традиционными макроэкономическими показателями оценки истинных сбережений включают более широкий учет человеческого капитала и экологического фактора. Значение измерения истинных сбережений политики устойчивого развития достаточно ясно: постоянно отрицательные показатели истинных сбережений показывают формирование антиустойчивого типа развития и должны неизбежно привести к ухудшению благосостояния.

В число важных агрегированных индикаторов устойчивости входит природный капитал, измеряемый на основе методики определения экономической ценности природных объектов, разработанной Статистическим отделом ООН. В соответствии с методикой экологоэкономического учета выделяются два базовых компонента: физический учет природных ресурсов и их денежная оценка.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой